Жаркая весна 86-го, или Три дня рядом с «Оранжевым лесом»

Этот материал вышел в газете «Семь дней» 5 лет назад – в апреле 2012-го. Но его актуальность неподвластна годам. Сегодня, в день 30-летия аварии на Чернобыльской АЭС нелишним будет ознакомиться (а для уже читавших – перечитать заново) свидетельства очевидца тех событий.

Сейчас модно – за дело и без него, иногда же – почём зря! – ругать нынешнюю власть, да и то сказать: во многом она того и заслуживает, и прежде всего – за двойной стандарт (к себе, любимой, и к нам, простым гражданам страны) и за ложь.

Но, ругая власть, заодно ругают и Украину, и нашу независимость, и всё, что с ней связано. А зря. Такой лжи, какой нас «кормили» во времена бывшего СССР и которую нам довелось пережить и, не побоюсь этого слова, в прямом смысле испытать на собственной шкуре, такой наглости, такого чудовищно-беспардонного хамства нынешней Украине и не снилось!

И ещё: я более чем уверен, что будь тогда Украина самостоятельной, реально независимой страной, такой страшной катастрофы, какой стало народное горе по имени «Чернобыль», просто не было бы – не хватило бы ни наглости, ни сил, ни средств, ни головотяпства сотворить её! Но обо всем – по порядку…

В гостях
Апрель 1986 года выдался на редкость тёплым – весна была ранней. Природа благоухала, люди отходили от суровой зимы и дружно готовились к полевым работам. Жизнь била ключом. Но… Не так сталось, как мечталось – всё перечеркнул зловещий взрыв на Чернобыльской АЭС.

25-го я получаю от тещи телеграмму: «Володька, приезжай на выходные, нужна твоя помощь» – это был условный сигнал: предстояло колоть кабана, а я всегда принимал в этом деле самое активное.

В общем, работы предстояло много, и работы трудной, чисто мужской. Посему, отработав смену, я после работы забираю с собой младшего сынишку Антона, беру все необходимые вещи, прихватываю складной велосипед «Аист» и вечерним дизель-поездом Чернигов – Янов отчаливаю в город атомщиков Припять, на ж/д станция Янов.

От Янова до села Копачи, где любимого внука уже ждёт бабушка Катя, по отличной бетонке всего-то 7 км. Я накручиваю педали, на руле висят сумки, а сынишка гордо восседает на багажнике.

Кто тогда знал, что по этой автотрассе он едет в последний раз, что от мирной жизни до «военно-чернобыльской» осталось меньше пяти часов…

Тревога
Рано утром я с трудом раскрываю глаза (а сплю я крепко), чувствуя, как меня активно тормошат, и вижу заплаканную тёщу: «Володенька, вставай, надо съездить в Припять, узнать, как там Петя – на атомной станции авария, всю ночь через село едут пожарные машины и армейские грузовики, автобусы с милицией!»

Петя – это Пётр Беленок, её старший сын, а мой шурин, он работал на Чернобыльской АЭС старшим инженером управления реактором 1-го энергоблока, сокращённо – СИУР-1. Собираюсь, надеваю защитного цвета штормовку и тем же «Аистом» выезжаю со двора на трассу.

Село уже не спит, гудит, тут и там стоят группки встревоженных людей – «Авария!». Но радио упорно молчит.

Выезжаю из села – и тут, на околице, первый слабый заслон – у речушки Родвина стоит в ряд шесть пожарных автолестниц, их экипажи курят, а меня, пропустив, лишь пожурили: «Там контроль!»

Еду, поёживаясь от утренней свежести и встречного лёгкого ветерка, а навстречу – ну точь-в-точь как беженцы в кадрах военной кинохроники! – идут люди: кто с утренних поездов Москва – Хмельницкий и Чернигов – Янов, кто с Припяти, учуяв недоброе.

Идут и несут в руках и на плечах сумки, рюкзаки и чемоданы, ведя за руки сонных детей, и кричат мне: «Поворачивай назад! Милиции нагнали невидимо, в город не пускают, но всех, кто хочет, пешком выпускают, транспорт не ходит, идем вот пешком в Чернобыль (город Чернобыль от города-спутника АЭС Припяти на расстоянии 19 км), там, говорят, транспорт действует».

Еду дальше – авось, повезёт, я ведь здесь каждую тропинку знаю…

Информационный вакуум
При подъезде уже непосредственно к городу атомщиков, там, где дорога выводит на мост через ж/д пути и где она пересекается с дорогой от промзоны к станции Янов, я увидел милицейское оцепление и наскоро сооружённый полевой шлагбаум.

И что мне показалось странным, так это то, что все милиционеры, хотя и были одеты в серо-синие кители, но почему-то каждый с портупеей и в брюках-галифе, заправленных в парадные сапоги, в застегнутых на все пуговицы рубашках и в надвинутых на глаза фуражках с перекинутыми через подбородок ремешками.

А солнце уже поднялось и начинало пригревать. «Неспроста…» – подумалось мне, но мысль, промелькнув, так и погасла где-то в глубине сознания. Это только потом, много позже, я понял почему, а тогда мои мысли были заняты другим.

Здесь меня остановили и стали допытываться, мол, кто, откуда и зачем. И вот тут мне на выручку пришла армейская смекалка: я понял, что если скажу правду, мне повернут оглобли назад или же задержат для выяснения – и буду я здесь куковать долго, поэтому я сказал, что еду с дачи домой (то есть в Припять), и даже для верности назвал адрес шурина: ул. Спортивная, 2.

Меня и пропустили. Я ликовал: ура, я в Припяти и наконец-то увижу Петра! И вот тут я увидел сцену, которая и сейчас, по прошествии 26-ти лет с того памятного утра, стоит у меня перед глазами, как-будто это было буквально вчера.

Уже съезжая с автодорожного моста, я увидел впереди себя немолодую женщину в форме ГО (формирования Гражданской обороны), неспешно идущую рядом с автоцистерной и поливающую из шланга пенной водой покрытие моста, тротуар и перила, а в этой пене – бегающую в одних трусиках детвору…

Ведь никто никому ничего не сообщал, не рассказывал и не предупреждал! Как сейчас чувствуют себя эти мальчишки и девчонки?..

Но зато на каждом углу продавали невиданные тогда деликатесы: «колёса» всевозможных сыров (бери хоть два круга, хоть три!), печень трески в консервных банках, мармелад, несколько сортов варёных колбас и даже невиданная в свободной продаже сырокопчёная колбаса! А уж о спиртном я вообще молчу.

И люди брали, не ведая и не зная наперёд, что их ждёт в самом ближайшем будущем. Многое из этого ассортимента разнообразных вкусностей так и осталось гнить в брошенных наспех холодильниках…

Конечно же, я нашёл своего родственника, он уже не спал, хотя перед аварией только сменился со своего поста возле 1-го реактора. Ему уже позвонили, чтобы собирался на станцию.

Пётр Беленок, как классный специалист с высшим специализированным образованием, и поведал мне страшную картину катастрофы и возможные её последствия, дал правильные напутствия и ориентиры действия.

Мы попрощались, он начал одеваться на внеурочную вахту – это потом будут и бессонные ночи, и всевозможные внеурочно-урочные работы по ликвидации последствий аварии, и прозябание в страхолесском посёлке «Белые пароходы» – судьба отпустила ему ещё четыре года нечеловеческого напряжения, тяжёлого и опасного труда и страданий от полученных доз радиации.

А я поехал давать «отбой» жене, которая со старшим сыном Тарасом должна была подъехать в этот день ближе к обеду. Но сделать это оказалось ой как непросто!

Сначала я рванул на переговорный пункт, но странное дело – заказы на междугородные разговоры принимали, но связи-то не было! Её как обрезало – и никто не мог объяснить причины. То есть людей сознательно изолировали от мира, чтобы не дай бог, чтобы ни-ни, чтобы не просочилась бы правда о том, что здесь деется!

А по залам Припятского переговорного пункта мерно расхаживали по двое узнаваемые личности со стальным чекистским взором в глазах и мрачно взирали на окружающую мирскую суету…

Тогда, убедившись в тщетности моих попыток легально выйти на связь и задержать выезд из Чернигова своих близких, я не нашёл иного выхода, как рвануть в горотдел милиции, благо он был почти рядом, и обратиться к начальнику с просьбой дать по спецсвязи возможность сказать жене три слова: «Никуда не выезжай!», либо пусть он сам скажет.

Пожилой усталый полковник внимательно меня выслушал и сказал: «Никто вам не поможет – запрещено! Нас тоже контролируют…» И добавил: «Езжайте на почту станции Янов, у них есть телеграфная связь с Киевом, хотя и она, думаю, под контролем».

Теперь, через 26 лет, как я ему благодарен за этот совет! Я так и сделал, тем более, что для моего «железного друга» и молодого организма полтора километра – не расстояние, и – о, ура! – из маленького пристанционного почтового отделения мне удалось отправить срочную телеграмму домой, с общими, нейтральными фразами, что, мол, ситуация изменилась, мы с Антошкой выезжаем на Киев, а они пусть никуда не едут, сидят дома и ждут нас.

И теперь мне кровь из носу нужно было пробраться в Копачи. По трассе это было бы намного проще – и быстрее, и удобнее, и я решил воспользоваться старым маршрутом. Но не тут-то было! На полевом КПП меня опять остановили и, невзирая на все увещевания и объяснения, на автотрассу не выпустили, а велели ехать в Припять.

Я сделал вид, что подчинился их требованиям, вернулся опять к Яновскому почтовому отделению, а видя, что эта часть леса (впоследствии его назвали «оранжевым лесом», поскольку основная масса выбросов из разрушенного реактора выпала именно на него, а тогда об этом никто не только не знал, но даже и не догадывался…) не оцеплена, и зная в нём почти каждую тропинку, я шмыгнул в него и въехал в село с противоположной, западной стороны.

Что было дальше? Конечно же, ни о какой свежине и речи уже быть не могло, всё мгновенно переигралось. Успокоив плачущую тёщу, я начал думать, как вернуться к жене и сыну.

Никакой регулярный транспорт не функционировал. До Чернобыля далековато, до Киева – ещё дальше. Оставаться здесь тоже было не с руки – всё было так зыбко и неопределённо…

И тут прошёл по селу слух, что скоро автобусом будут везти на Киев уставший пожарный караул и что всё-таки решили пустить на Чернигов дизель-поезд для самовывоза пассажиров и желающих покинуть город Припять и окрестные сёла.

Почти всё село сбежалось посмотреть на этих героев, к тому же у многих были здесь родственники, друзья и знакомые. Надо было видеть за стеклами пробиравшегося сквозь толпу ЛАЗа лица этих смертельно уставших людей, хватанувших жуткую дозу радиации! Люди в толпе плакали, махали руками, а они как-то отрешённо на всё это взирали…

Видимо, только они и чувствовали, предполагали, что эта их встреча с близкими людьми – последняя, сельчане же — и в кошмарном сне не могли подумать, что эти бойцы едут в небытие… Вечная вам память и слава, Герои Чернобыля!

Возвращение
Ну, а дальше были обычные сельские хлопоты. Рубка дров, мелкие огородные работы, подготовка к посадке картофеля и сборы домой. По трассе шли колонны войсковых грузовиков, обстановка была похожей на прифронтовую, в воздухе просто явственно ощущалась какая-то тревога.

Мы собрались, нагрузили на верного и выносливого «Аиста» сумки с вещами и домашней снедью и пешком по лесным тропкам опять же через этот «оранжевый лес» вышли на станцию Янов, где уже собрались толпы людей. По перронам станции расхаживали парные патрули милиции и парные же чекистов.

Проходя сквозь лес, я, как сугубо городской житель, не обратил сначала внимания, но мой тесть, житель сельский, подсказал: а ведь птицы-то не поют, вообще не слышно их! Только лес шумит под весенним ветром… Вот парадокс: люди не знают - не ведают, а птицы чувствуют – что-то в природе не так…

Эта вселенская беда отняла у меня четверых близких людей, рано ушедших из жизни, но пишу я всё это не из чувства мести или злобы, а всего лишь для констатации горьких фактов, для правильного понимания того, что свершалось тогда, в далёком уже 86-м, и в назидание тем, кто придёт после  нас – чтобы берегли то, что имеем, чтобы хранили память о тех, кто в те страшные дни закрыл нас, ныне живущих.

P.S.
Жители Припяти и близлежащих сел не бросались, как храбрые пожарные, грудью на чрево рукотворного ядерного вулкана, не тушили пожары, не гребли, как солдатики срочной службы, совковыми лопатами разбросанные куски урана и графита, не бросали с вертолётов мешки со свинцом и другими химикатами в жерло разрушенного взрывом реактора.

Они просто работали, каждый на своём месте. А их 1-го мая ещё и вывели на майскую демонстрацию… А уже 2-го мая их спешно, в экстренном порядке вывезли многокилометровой колонной автобусов в эвакуацию. Как оказалось, навсегда, хотя всех успокаивали и говорили, что временно, а на самом деле – банально врали…

еженедельник "Семь дней" (26 апреля 2012 года )
Чернобыль авария ВладимирНазаренко ПрипятьЧАЭС
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Автор
(0 оценок)
Актуальность
(0 оценок)
Изложение
(0 оценок)
573 просмотра в ноябре
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует

Комментарии

Комментарии предназначены для общения, обсуждения и выяснения интересующих вопросов

Общество
В Корюковском районе на Черниговщине внедряют проект "Шлюб за добу". Этим вопросом занялось КП «Благоустрій» Корюковского горсовета. Местом проведения, по сообщению управления юстиции в Черниговской области, станет село Бреч. Адрес - улица Школьная, 15А. По этому адресу находится туристично-гостиничный комплекс "Бреч". В сообщении управления об этом не говорится. Сказано только, что там находится представитель КП "Благоустрій".
Криминал
За підробку протоколу чернігівській слідчий три роки не зможе працювати в правоохоронних органах та сплатить штраф - 4250 гривень, повідомляє прокуратура в Чернігівській області. Як з’ясувалося, займаючи посаду слідчого, обвинувачений умисно вніс до протоколу огляду місця події неправдиві відомості. Він написав, що на тілі померлого не було дорогоцінних прикрас. А вони, насправді, були.  Крім того, слідчий провів огляд без понятих, а в протоколі зазначив а...
Общество
До завершения призыва две недели - план в Черниговской области выполнили на 68%. Заместитель руководителя ОГА Сергей Сергиенко поставил задачу руководителям районных призывных комиссий - успеть выполнить план полностью. Значит надо призвать  549 человек. Полностью сработали Бобровицкий, Носовский, Сновский и Сосницкий районы.  До завершения осеннего призыва остается менее двух недель. Поэтому с требованием активизировать выполнение поставленных задач по п...
Общество
Провести новий конкурс на маршрут №25 В Чернігові просить у системі місцевих петицій активістка Тетяна Романова, керівниця "Агенції міських ініціатив". У петиції авторка пояснює, що в січні 2017 року відбувся конкурс на всі маршрути міста Чернігова з новим договором.  Маршрут 25 і 31 об'єднали в один. Умовою та ідеєю об'єднання, за її словами, було те, що на маршруті запрацюють виключно автобуси середньої і великої місткості (понад 35 місць). Раніше на ма...
Власть
Кабмін прийняв рішення внести Президентові України подання про призначення Олександра Мисника головою Чернігівської облдержадміністрації, повідомляє UA: Чернігів, посилаючись на відповідь Кабміну на їх інформаційний запит. Таке рішення Кабінет Міністрів прийняв 7 листопада. Остаточне рішення з приводу кандидатури має прийняти Президент України Петро Порошенко. Нагадаємо, розмови про те, що нинішній голова Менської райради Олександр Мисник стане наступним о...
Спорт
"Десна"  вчора перемогла мінське "Динамо", повідомляє прес-служба чернігівської команди.  Вчора підопічні Олександра Рябоконя зустрілися з другою командою "Динамо" (Мінськ). Тренерський штаб "Десни" вирішив перевірити практично всіх гравців, в тому числі і трьох футболістів з дублючого складу. Зіграли з рахунком 0:7 на користь сіверян. Голи: Шарило (2), Хльобас, Братков, Вовк, автогол, Філіппов. Сьогодні "Десна" грає з ще одною білоруською командою "Торпед...
Общество
Управління культури Чернігова в 2017-2018 роках просило на розробку туристичного додатка 95 тисяч гривень. Кошти не освоїли, але додаток, який має назву "Лазар", згідно програми розвитку туризму на 2019-2021 рік, уже готують до презентації й просять на роботу ще 100 тисяч гривень. Проте цей додаток вже презентували минулого року як волонтерський проект, не пов'язаний з бюджетними коштами. Програма розвитку туризму на 2019-2021 рік передбачає 100 тисяч грив...
Общество
На отремонтированном в этом году участке дороги Т-25-28 Козелец-Бобровица (6-11-й км), который проходит через село Тополи Козелецкого района, проведены завершающие работы. Служба автомобильных дорог в Черниговской области рассказала, что завершены работы по организации безопасности дорожного движения нанесена дорожная разметка, установлены новые знаки, барьерное ограждения, направляющие столбики. Также были приведены в порядок автобусные остановки в селе Т...
Общество
Состоялось очередное заседание оперативного штаба по ликвидации последствий чрезвычайной ситуации в Ичнянском районе. В заседании приняли участие представители семей, чьи дома были разрушены или не подлежат восстановлению. Люди рассчитывают на быстрое решение проблем, поскольку уже полтора месяца вынуждены проживать либо у родных, либо снимать жилье, либо пользоваться предоставленными местными властями помещениями. Главное требование – оперативно использов...