Жаркая весна 86-го, или Три дня рядом с «Оранжевым лесом»

Этот материал вышел в газете «Семь дней» 5 лет назад – в апреле 2012-го. Но его актуальность неподвластна годам. Сегодня, в день 30-летия аварии на Чернобыльской АЭС нелишним будет ознакомиться (а для уже читавших – перечитать заново) свидетельства очевидца тех событий.

Сейчас модно – за дело и без него, иногда же – почём зря! – ругать нынешнюю власть, да и то сказать: во многом она того и заслуживает, и прежде всего – за двойной стандарт (к себе, любимой, и к нам, простым гражданам страны) и за ложь.

Но, ругая власть, заодно ругают и Украину, и нашу независимость, и всё, что с ней связано. А зря. Такой лжи, какой нас «кормили» во времена бывшего СССР и которую нам довелось пережить и, не побоюсь этого слова, в прямом смысле испытать на собственной шкуре, такой наглости, такого чудовищно-беспардонного хамства нынешней Украине и не снилось!

И ещё: я более чем уверен, что будь тогда Украина самостоятельной, реально независимой страной, такой страшной катастрофы, какой стало народное горе по имени «Чернобыль», просто не было бы – не хватило бы ни наглости, ни сил, ни средств, ни головотяпства сотворить её! Но обо всем – по порядку…

В гостях
Апрель 1986 года выдался на редкость тёплым – весна была ранней. Природа благоухала, люди отходили от суровой зимы и дружно готовились к полевым работам. Жизнь била ключом. Но… Не так сталось, как мечталось – всё перечеркнул зловещий взрыв на Чернобыльской АЭС.

25-го я получаю от тещи телеграмму: «Володька, приезжай на выходные, нужна твоя помощь» – это был условный сигнал: предстояло колоть кабана, а я всегда принимал в этом деле самое активное.

В общем, работы предстояло много, и работы трудной, чисто мужской. Посему, отработав смену, я после работы забираю с собой младшего сынишку Антона, беру все необходимые вещи, прихватываю складной велосипед «Аист» и вечерним дизель-поездом Чернигов – Янов отчаливаю в город атомщиков Припять, на ж/д станция Янов.

От Янова до села Копачи, где любимого внука уже ждёт бабушка Катя, по отличной бетонке всего-то 7 км. Я накручиваю педали, на руле висят сумки, а сынишка гордо восседает на багажнике.

Кто тогда знал, что по этой автотрассе он едет в последний раз, что от мирной жизни до «военно-чернобыльской» осталось меньше пяти часов…

Тревога
Рано утром я с трудом раскрываю глаза (а сплю я крепко), чувствуя, как меня активно тормошат, и вижу заплаканную тёщу: «Володенька, вставай, надо съездить в Припять, узнать, как там Петя – на атомной станции авария, всю ночь через село едут пожарные машины и армейские грузовики, автобусы с милицией!»

Петя – это Пётр Беленок, её старший сын, а мой шурин, он работал на Чернобыльской АЭС старшим инженером управления реактором 1-го энергоблока, сокращённо – СИУР-1. Собираюсь, надеваю защитного цвета штормовку и тем же «Аистом» выезжаю со двора на трассу.

Село уже не спит, гудит, тут и там стоят группки встревоженных людей – «Авария!». Но радио упорно молчит.

Выезжаю из села – и тут, на околице, первый слабый заслон – у речушки Родвина стоит в ряд шесть пожарных автолестниц, их экипажи курят, а меня, пропустив, лишь пожурили: «Там контроль!»

Еду, поёживаясь от утренней свежести и встречного лёгкого ветерка, а навстречу – ну точь-в-точь как беженцы в кадрах военной кинохроники! – идут люди: кто с утренних поездов Москва – Хмельницкий и Чернигов – Янов, кто с Припяти, учуяв недоброе.

Идут и несут в руках и на плечах сумки, рюкзаки и чемоданы, ведя за руки сонных детей, и кричат мне: «Поворачивай назад! Милиции нагнали невидимо, в город не пускают, но всех, кто хочет, пешком выпускают, транспорт не ходит, идем вот пешком в Чернобыль (город Чернобыль от города-спутника АЭС Припяти на расстоянии 19 км), там, говорят, транспорт действует».

Еду дальше – авось, повезёт, я ведь здесь каждую тропинку знаю…

Информационный вакуум
При подъезде уже непосредственно к городу атомщиков, там, где дорога выводит на мост через ж/д пути и где она пересекается с дорогой от промзоны к станции Янов, я увидел милицейское оцепление и наскоро сооружённый полевой шлагбаум.

И что мне показалось странным, так это то, что все милиционеры, хотя и были одеты в серо-синие кители, но почему-то каждый с портупеей и в брюках-галифе, заправленных в парадные сапоги, в застегнутых на все пуговицы рубашках и в надвинутых на глаза фуражках с перекинутыми через подбородок ремешками.

А солнце уже поднялось и начинало пригревать. «Неспроста…» – подумалось мне, но мысль, промелькнув, так и погасла где-то в глубине сознания. Это только потом, много позже, я понял почему, а тогда мои мысли были заняты другим.

Здесь меня остановили и стали допытываться, мол, кто, откуда и зачем. И вот тут мне на выручку пришла армейская смекалка: я понял, что если скажу правду, мне повернут оглобли назад или же задержат для выяснения – и буду я здесь куковать долго, поэтому я сказал, что еду с дачи домой (то есть в Припять), и даже для верности назвал адрес шурина: ул. Спортивная, 2.

Меня и пропустили. Я ликовал: ура, я в Припяти и наконец-то увижу Петра! И вот тут я увидел сцену, которая и сейчас, по прошествии 26-ти лет с того памятного утра, стоит у меня перед глазами, как-будто это было буквально вчера.

Уже съезжая с автодорожного моста, я увидел впереди себя немолодую женщину в форме ГО (формирования Гражданской обороны), неспешно идущую рядом с автоцистерной и поливающую из шланга пенной водой покрытие моста, тротуар и перила, а в этой пене – бегающую в одних трусиках детвору…

Ведь никто никому ничего не сообщал, не рассказывал и не предупреждал! Как сейчас чувствуют себя эти мальчишки и девчонки?..

Но зато на каждом углу продавали невиданные тогда деликатесы: «колёса» всевозможных сыров (бери хоть два круга, хоть три!), печень трески в консервных банках, мармелад, несколько сортов варёных колбас и даже невиданная в свободной продаже сырокопчёная колбаса! А уж о спиртном я вообще молчу.

И люди брали, не ведая и не зная наперёд, что их ждёт в самом ближайшем будущем. Многое из этого ассортимента разнообразных вкусностей так и осталось гнить в брошенных наспех холодильниках…

Конечно же, я нашёл своего родственника, он уже не спал, хотя перед аварией только сменился со своего поста возле 1-го реактора. Ему уже позвонили, чтобы собирался на станцию.

Пётр Беленок, как классный специалист с высшим специализированным образованием, и поведал мне страшную картину катастрофы и возможные её последствия, дал правильные напутствия и ориентиры действия.

Мы попрощались, он начал одеваться на внеурочную вахту – это потом будут и бессонные ночи, и всевозможные внеурочно-урочные работы по ликвидации последствий аварии, и прозябание в страхолесском посёлке «Белые пароходы» – судьба отпустила ему ещё четыре года нечеловеческого напряжения, тяжёлого и опасного труда и страданий от полученных доз радиации.

А я поехал давать «отбой» жене, которая со старшим сыном Тарасом должна была подъехать в этот день ближе к обеду. Но сделать это оказалось ой как непросто!

Сначала я рванул на переговорный пункт, но странное дело – заказы на междугородные разговоры принимали, но связи-то не было! Её как обрезало – и никто не мог объяснить причины. То есть людей сознательно изолировали от мира, чтобы не дай бог, чтобы ни-ни, чтобы не просочилась бы правда о том, что здесь деется!

А по залам Припятского переговорного пункта мерно расхаживали по двое узнаваемые личности со стальным чекистским взором в глазах и мрачно взирали на окружающую мирскую суету…

Тогда, убедившись в тщетности моих попыток легально выйти на связь и задержать выезд из Чернигова своих близких, я не нашёл иного выхода, как рвануть в горотдел милиции, благо он был почти рядом, и обратиться к начальнику с просьбой дать по спецсвязи возможность сказать жене три слова: «Никуда не выезжай!», либо пусть он сам скажет.

Пожилой усталый полковник внимательно меня выслушал и сказал: «Никто вам не поможет – запрещено! Нас тоже контролируют…» И добавил: «Езжайте на почту станции Янов, у них есть телеграфная связь с Киевом, хотя и она, думаю, под контролем».

Теперь, через 26 лет, как я ему благодарен за этот совет! Я так и сделал, тем более, что для моего «железного друга» и молодого организма полтора километра – не расстояние, и – о, ура! – из маленького пристанционного почтового отделения мне удалось отправить срочную телеграмму домой, с общими, нейтральными фразами, что, мол, ситуация изменилась, мы с Антошкой выезжаем на Киев, а они пусть никуда не едут, сидят дома и ждут нас.

И теперь мне кровь из носу нужно было пробраться в Копачи. По трассе это было бы намного проще – и быстрее, и удобнее, и я решил воспользоваться старым маршрутом. Но не тут-то было! На полевом КПП меня опять остановили и, невзирая на все увещевания и объяснения, на автотрассу не выпустили, а велели ехать в Припять.

Я сделал вид, что подчинился их требованиям, вернулся опять к Яновскому почтовому отделению, а видя, что эта часть леса (впоследствии его назвали «оранжевым лесом», поскольку основная масса выбросов из разрушенного реактора выпала именно на него, а тогда об этом никто не только не знал, но даже и не догадывался…) не оцеплена, и зная в нём почти каждую тропинку, я шмыгнул в него и въехал в село с противоположной, западной стороны.

Что было дальше? Конечно же, ни о какой свежине и речи уже быть не могло, всё мгновенно переигралось. Успокоив плачущую тёщу, я начал думать, как вернуться к жене и сыну.

Никакой регулярный транспорт не функционировал. До Чернобыля далековато, до Киева – ещё дальше. Оставаться здесь тоже было не с руки – всё было так зыбко и неопределённо…

И тут прошёл по селу слух, что скоро автобусом будут везти на Киев уставший пожарный караул и что всё-таки решили пустить на Чернигов дизель-поезд для самовывоза пассажиров и желающих покинуть город Припять и окрестные сёла.

Почти всё село сбежалось посмотреть на этих героев, к тому же у многих были здесь родственники, друзья и знакомые. Надо было видеть за стеклами пробиравшегося сквозь толпу ЛАЗа лица этих смертельно уставших людей, хватанувших жуткую дозу радиации! Люди в толпе плакали, махали руками, а они как-то отрешённо на всё это взирали…

Видимо, только они и чувствовали, предполагали, что эта их встреча с близкими людьми – последняя, сельчане же — и в кошмарном сне не могли подумать, что эти бойцы едут в небытие… Вечная вам память и слава, Герои Чернобыля!

Возвращение
Ну, а дальше были обычные сельские хлопоты. Рубка дров, мелкие огородные работы, подготовка к посадке картофеля и сборы домой. По трассе шли колонны войсковых грузовиков, обстановка была похожей на прифронтовую, в воздухе просто явственно ощущалась какая-то тревога.

Мы собрались, нагрузили на верного и выносливого «Аиста» сумки с вещами и домашней снедью и пешком по лесным тропкам опять же через этот «оранжевый лес» вышли на станцию Янов, где уже собрались толпы людей. По перронам станции расхаживали парные патрули милиции и парные же чекистов.

Проходя сквозь лес, я, как сугубо городской житель, не обратил сначала внимания, но мой тесть, житель сельский, подсказал: а ведь птицы-то не поют, вообще не слышно их! Только лес шумит под весенним ветром… Вот парадокс: люди не знают - не ведают, а птицы чувствуют – что-то в природе не так…

Эта вселенская беда отняла у меня четверых близких людей, рано ушедших из жизни, но пишу я всё это не из чувства мести или злобы, а всего лишь для констатации горьких фактов, для правильного понимания того, что свершалось тогда, в далёком уже 86-м, и в назидание тем, кто придёт после  нас – чтобы берегли то, что имеем, чтобы хранили память о тех, кто в те страшные дни закрыл нас, ныне живущих.

P.S.
Жители Припяти и близлежащих сел не бросались, как храбрые пожарные, грудью на чрево рукотворного ядерного вулкана, не тушили пожары, не гребли, как солдатики срочной службы, совковыми лопатами разбросанные куски урана и графита, не бросали с вертолётов мешки со свинцом и другими химикатами в жерло разрушенного взрывом реактора.

Они просто работали, каждый на своём месте. А их 1-го мая ещё и вывели на майскую демонстрацию… А уже 2-го мая их спешно, в экстренном порядке вывезли многокилометровой колонной автобусов в эвакуацию. Как оказалось, навсегда, хотя всех успокаивали и говорили, что временно, а на самом деле – банально врали…

еженедельник "Семь дней" (26 апреля 2012 года )
Чернобыль авария ВладимирНазаренко ПрипятьЧАЭС
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Автор
(0 оценок)
Актуальность
(0 оценок)
Изложение
(0 оценок)
573 просмотра в феврале
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует

Комментарии

Комментарии предназначены для общения, обсуждения и выяснения интересующих вопросов

Общество
В планах Черниговводоканала на 2019 год – проведение реконструкции водопроводных и канализационных сетей в Чернигове. Однако денег на все необходимые работы пока что нет. Ключевые направления – реконструкция водопровода, проходящего вдоль улицы Героев Чернобыля. Здесь запланирован ремонт дорожного покрытия, а перед тем необходимо заменить трубы, чтобы потом в случае аварии не пришлось срывать новый асфальт. Стоимость работ на участке от пр. Мира до перекре...
Общество
Директор коммунального предприятия «Черниговводоканал» Сергей Малявко рассказал о кадровых проблемах на КП. Средний возраст работников «Черниговводоканала» - 46 лет. По мнению Сергея Малявко, это свидетельствует о том, что работа на предприятии не пользуется престижем у молодежи. К тому же, за последние годы водоканал потерял квалифицированных сотрудников, уехавших на заработки за граница. Сергей Малявко рассказал, что в первую очередь уехали электросварщи...
Общество
Побутові споживачі ТОВ "Чернігівгаз Збут" отримають платіжки за газ, спожитий у січні,  із затримкою, повідомляє підприємство. Через зміну Урядом норм споживання газу заднім числом, рахунки  за газ, спожитий у січні, надійдуть із затримкою. Постанова КМУ №63 «Деякі питання споживання природного газу побутовими споживачами» набрала чинності 08.02.2019 року та встановлює нові норми споживання природного газу для домоволодінь. Наразі фахівці газорозподільної...
Экология
Суд постановил установить границы гидрологического заказника местного значения "Заудаевский" общей площадью 234 га с охранной зоной 826 га в Прилуцком районе, сообщает прокуратура Черниговской области. Заказник создали еще в 1979 году, чтобы охранять и сохранять редкие виды растений и животных. В 2001 году заказник передали под охрану Смошанському сельскому совету Прилуцкого района. Местная прокуратура проявили, что границы заказника в натуре не установили...
Криминал
Черниговец перечислил на свои счета деньги за международные звонки украинских абонентов с помощью "рефайла", когда звонок из другой страны в Украину пропускается через интернет, сообщили в секторе коммуникации полиции Черниговской области. Потом такой звонок из интернета выводится на украинские SIM-карты. Затем с них совершается звонок украинскому оператору внутри страны. Деньги абонентов за такие вызовы человек перечислял на собственные счета. Почти все у...
Общество
"Черниговоблэнерго" открыло еще одну телефонную линию для передачи показателей электросчетчиков. Линия рассчитана на пожилых людей. Открытие линии на предприятии назвала шагом на встречу потребителям электроэнергии, которые имеют только дисковые телефоны. Новый номер - 654-903. Эта линия будет работать исключительно с 1 по 4 число месяца, режим работы - с 8:00 до 17:00. Линия рассчитана на потребителей электроэнергии почтенного возраста. Для быстрого обслу...
Общество
У січні цього року доходи місцевих бюджетів (без урахування трансфертів) склали 453,9 мільйона гривень. Так, до загального фонду надійшло 424,3 мільйона гривень, до спеціального – 29,6 мільйона гривень. Про це повідомляє Департамент фінансів Чернігівської ОДА. У порівнянні з відповідним періодом 2018 року доходи збільшилися на 53,1 мільйона гривень, або на 13,2 %. Найбільший дохід місцевих бюджетів це податок на дохід фізичних осіб. За січень місцеві бюдже...
Общество
Директор коммунального предприятия «Черниговводоканал» Сергей Малявко поделился ближайшими планами КП. В частности, на предприятии уже ведется и будет усилена работа по переводу всех данных из бумажного формата в электронный (оцифровка данных). Также на «Черниговводоканале» рассчитывают запустить пилотный проект по установке счетчиков горячей воды в тех домах, где пока не ведется учет. Это позволит избежать потерь воды. Также Сергей Малявко отметил, что в...
Происшествия
Вчора, 18 лютого, у підвальному приміщенні ТОВ "Пелетон", що знаходиться по вул. Рудого, 63, сталася пожежа. Про це повідомляє Управління ДСНС України у Чернігівській області на офіційній сторінці у Facebook. Через щільне задимлення рятувальники вимушені були ліквідовувати пожежу у апаратах захисту органів дихання та зору, й за допомогою водяного ствола. Також, вогнеборці задіяли автомобіль газодимозахисної служби аби відкачати з приміщення небезпечні прод...